После суда меня, как вы знаете

После суда меня, как вы знаете, отбили сообщники. Отец, узнав обо всем, что произошло, немедленно пустил среди соседей слух, будто я погиб от взрыва мины. Раздобыл даже фиктивное свидетельство о смерти - тогда это было нетрудно. И снова, как и после моего рождения, его больше волновала не моя судьба, а собственная репутация. Он только и думал о том, чтобы не потерять доброго имени, поскольку именно начинал карьеру в новой Польше, и это для него было важнее. На мою просьбу Ян Галка сообщил отцу, что я нахожусь в безопасном месте - в одном монастыре, который имел связь с военной организацией, той самой, куда входил и отряд Рака. Отец приехал в монастырь и, хорошо обругав меня, велел оставаться там и дальше. Надо подождать, - говорил он, - если это устройство не продержится, то все забудется, а если окрепнет, то и тогда, наверное, будет какая-то амнистия. И я остался в монастыре, в одежде монаха. Сначала думали, что я пробуду там несколько месяцев, но дело затянулась, и я, исполняя желание отца, с помощью монахов прошел курс гимназии, а затем и лицея. Прошло десять лет. Десять лет - это столько же, на сколько приговорил меня военный суд! Я писал отцу письма, просил, чтобы он разрешил мне покинуть монастырь и отдать себя в руки правосудия. Но тот не позволял. Присматривал за мной Ян Галка, который переехал жить в Краков и стал солидным купцом и промышленником. К тому же меня сдерживал страх перед местью моих сообщников и что тут скрывать, перед органами безопасности. Впрочем, следили меня и монахи. Словом, отец готов был принести в жертву любого, лишь бы сохранить свое доброе имя и честь.
 Метель сочувственно посмотрел на этого сгорбленного, преждевременно состарившегося мужчины и подсунул ему сигареты.
 Монахи не курят, - горько усмехнулся Теофил после небольшой паузы продолжал свою исповедь: - Несколько лет я не видел Рака. Он появился весной 1954 года в обществе Яна Галки и Мирослава Згожельського. Долго говорили с игуменом, затем забежали в моей келье. Не знаю, о чем они беседовали с игуменом, но с тех пор в монастыре начали появляться незнакомцы. Время от времени заезжали иностранные автомашины, преимущественно австрийские.